Что-то меня вообще прет на беспощадное и бессмысленное графоманство в последнее время... Не уверен, что это есть хорошо, но на всякий случай выкладываю некоторые выполненные заявки к фестам на Темного Дворецкого и Дррр (вторая посвящается Юно *-*)
Думаете, стоит творить из них полноценные фики или пусть так и остаются?
Т9-44 Алоис|Сиэль. Наше время. Осиротевшие слишком рано мальчики живут в одном приюте и крепко дружат. Однажды они попадают в безвыходное положение, одному из них приходится продать душу ради спасения другого. A+
Благородство - помочь другу в трудный момент.
Безрассудство - продать ради этого свою душу.
Но для Сиэля Фантомхайва не было различий между этими понятиями. Или.. уже не было. В любом случае, со смерти родителей, во всем мире не было для него человека ближе, чем Алоис Транси.
Алоис попал сюда всего лишь год назад, после большого пожара в поместье Транси. Когда-то сын знатного семейства, мальчик теперь оказался всего лишь одним из сотен сирот, обитавших в приюте.
Гордая дворянская кровь не позволяла ему опуститься до общения с "простолюдинами", но Сиэля он заметил сразу.
Вскоре оказалось, что капризный, эгостичный, до одури самоуверенный Транси при всех своих недостатках тем не менее является интересным и умным собеседником, чего юному Фантомхайву так не хватало за все эти годы.
Мальчики подружились - и это было самое лучшее, что когда-либо случалось с Сиэлем.
Казалось, ничто не могло разрушить эти крепкие узы, возникшие между ними. Он привязался к Транси - чего никогда не позволял себе раньше.
И наверное, именно поэтому ему удалось первым заметить похотливые, жадные взгляды их надзирателя, обращенные к изящному, утонченному, не по-детски притягательному Транси. Алоис, казалось, этого не видел и не замечал. А если и замечал, то зная его, можно было предположить, что ему бы это... польстило.
Но Сиэль знал, каким жестоким может быть этот мир. Знал, что означают эти томные взгляды, полные желания и вожделения. Знал по собственному опыту - и по рассказам других мальчишек, на которых так же положили глаз другие извращенцы.
И он не был бы Сиэлем Фантомхайвом, если бы не попытался бы защитить того единственного человека, которым дорожил.
Он скорее погибнет сам, чем позволит Транси пострадать.
* * *
Темно и страшно в комнате...
Раньше Сиэль никогда не задумывался о том, что тьма вокруг может быть такой жуткой.
Но это именно та цена, которую нужно платить за исполнение желания.
Он закрывает глаза, взывая к темноте, пытаясь услышать в гулкой тишине шаги того, кто сейчас был ему нужен. И почти улыбается, почувствовав чужое присутствие.
- Я ждал тебя...
* * *
- Сиэээль! - Алоис, как всегда, врывается в комнату без стука.
Фантомхайв, низко опустив голову сидящий на кровати, слегка вздрагивает, но не оборачивается.
- Сиэль! - светловолосый мальчик с размаху усаживается на кровать рядом с другом, тряся его за плечи. - Что ты тут один сидишь? Ты уже слышал - Уильям Спирс, ну, помнишь, тот надсмотрщик-извращенец? Так вот, представляешь, его сегодня выловили в Темзе мертвым - беднягу настолько замучила совесть, что он решил утопиться... Сиэль, ты меня слушаешь? Что с тобой?
- Все в порядке, - Фантомхайв медленно оборачивается к нему.
Темная прядь волос прикрывает его правый глаз, но Алоис все же успевает заметить странное, жестокое выражение на лице Фантомхайва.
- Теперь уже все будет в порядке...
Изая/Кида. Украдкой целоваться в переулке. «Подходящий день для того, чтобы объявить о наших чувствах.» А+
Масаоми Киде было плохо. Стоя в одиночестве, прижавшись спиной к стене безлюдного переулка, он чувствовал себя полным подонком.
Еще вчера у него были друзья, была мечта, была Саки.. Милая, добрая, нежная Саки, которую он предал, трусливо оставив в беде. А теперь он стоял один, запутавшись в собственных чувствах, наедине с целым миром, который, как он знал, будет осуждать его за столь малодушный поступок.
И не было никого на всем свете, кто бы мог облегчить боль от осознания этого.
Поглощенный своими мыслями, он не успел заметить подошедшего к нему человека, пока его не прижали к стенке.
- Изая-сан? - узнавание в светлых глазах.
- Я пришел за своим выигрышем, Кида-кун.
С этим заявлением Изая приник к его губам. Масаоми дернулся было, но, почувствовав себя в плену его рук, расслабился и позволил себя целовать. Это было очень странное ощущение - чувствовать жесткие тонкие губы Орихары вместо податливых и нежных губок Саки. Но это не было неприятно...
Когда спустя пару минут информатор отстранился, Кида вопросительно взглянул на него:
- И что бы это значило?
Орихара хитро прищурился, выглядя непростительно самодовольно:
- Я лишь хотел выразить свою любовь.
- Момент выбран не самый удачный.
- Ты так жесток, Кида-кун, - теперь уже открыто смеется Изая. - Я думал, что сегодня подходящий день для того, чтобы объявить о наших чувствах.
- Каких еще чувствах?
- Ты понял меня... - темноволосый парень отворачивается и, словно потеряв всякий интерес к Масаоми, шагает прочь.
Кида растерянно смотрит ему вслед, вытирая губы тыльной стороной ладони. Ему стыдно, и до омерзения обидно, что им вот так взяли и воспользовались. Но чего он еще, спрашивается, ожидал от этого человека?
Но это был не последний сюрприз от Орихары на сегодня.
- Ты не один, - всего три слова, прежде чем исчезнуть в толпе, так же внезапно, как и появившись.
И несмотря ни на что, Киде стало чуточку теплее от этих слов.